Московское Общество Греков
ΣΥΛΛΟΓΟΣ ΕΛΛΗΝΩΝ ΜΟΣΧΑΣ

Колпаксиди Павел

Павла Михайловича Колпаксиди не стало 14 января 2006. Ветеран войны с немецко-фашистскими оккупантами и милитаристской Японией. Штурмовавший рейхстаг и оставивший на его стенах свой автограф. Возможно самый старший из греков – ветеранов 2-й Мировой войны.

Нам довелось побеседовать накануне юбилея Великой Победы. В квартире Павла Михайловича и Людмилы Романовны (верной супруги и соратницы, с кем нашего соотечественника судьба свела во фронтовом госпитале) спартанская обстановка. Вот такие они люди. Такие у них ценности, что не в особом фаворе сегодня.

Во время траурной церемонии в Москве царил лютый мороз, напомнивший о своем тезке «из декабря 1941 года», коему («генералу-морозу») некоторые западные военные историографы приписали заслугу остановки и последующий разгром вражеских немецко-фашистских полчищ у стен белокаменной.

От всех нас (греков Москвы, России, Союза) прощальное Слово о Павле Колпаксиди сказал генерал Андрей Вураки.

…18 августа ему бы исполнилось 95.

Павел Михайлович Колпаксиди.

Родился 18.08.1911 г. Уроженец города Анапа.

Полковник в отставке, инвалид. Участник войны с фашистской Германией с ее первого и до последнего дня и, впоследствии, войны с милитаристской Японией в составе войск Забайкальского фронта.

Начал войну в звании лейтенанта и закончил майором. Штурмовал рейхстаг, на стенах коего оставил свой автограф «Павел Колпаксиди».

Награжден орденами Отечественной войны 1-й и 2-й степени, многочисленными медалями.

Член Московского общества греков, участник ветеранского движения.

Его родители Михаил и Деспина Николаевна Колпаксиди (урожденная Фомаиди).

“…Отец и его родные вместе с другими греками на маленьких лодках бежал из Турции в Новороссийск. …Это было в 1905 г.
…Там многие погибли. …Каким-то образом он попал в Анапу, где познакомился с моей мамой”.

Четверо детей: дочь Анфула и три сына: Георгий, Николай и самый младший Павел. …Отец уходит из семьи к другой женщине. Это было в 1921 году. С тех пор прошла целая вечность и, казалось бы, оценки сему проступку своего отца должны несколько смягчиться, но этого не случилось – видимо, последующая безотцовщина настолько трагически отпечаталась в памяти Павла Колпаксиди, что не позволяла ему до конца его жизни простить родителя.

…Дети были малы (профессий у них, естественно, не было). Им приходилось выполнять самую разную работу, дабы выжить в то суровое время. Чистили, например, сапоги – “милиция нас гоняла”. Старшему брату Георгию удалось выучиться в Краснодаре на шофера. Он работал на машине – возил состоятельных людей из Новороссийска в Анапу, где они проводили летом время. Мать обстирывала этих отдыхающих, готовила им пищу. “Летом мы жили”. Дети помогали ей – приносили воду, ловили рыбу…

“…Зимой мы голодали. Вот эти ноги вот такими (Павел Михайлович показывает указательный палец – прим. Н.С.) становились. Ну, разве что, не умирали”.

В 1922 году в город прибыл уполномоченный Греческого правительства. Всех греков известили, что те, кто желает переехать в Грецию, могут это сделать.

“Мы с матерью могли тоже уехать туда на пароходе, что прибыл в порт, вслед за уполномоченным Греческого государства. Но она плюнула на все, так как на этом же пароходе был ее бывший муж (наш отец) со своей новой женщиной. …Плохой он человек был. Помню, несет хлеб и, увидев кого- либо из своих детей (нас), сделает вид, что не заметил, пройдет мимо. Он уехал в Грецию тогда в 1922 году и что с ним было дальше не знаю”.

Павлу Михайловичу совсем скоро исполнится 94 года. Многие события в жизни стерлись в его памяти, а сей факт, связанный с его отцом, до сих пор ранит его сердце.

Семья перебирается в Новороссийск. Брат возил отдыхающих со станции Тоннельная в Анапу. Павел так же пошел по стопам брата – выучился на шофера. Затем учеба в вузе. Старший брат переезжает в Минск (Белорусию), куда вскоре отправляются и они с матерью. Работа. Продолжение учебы на вечернем отделении инженерно – строительного вуза. Спрашиваю его: “Павел Михайлович, это была ваша мечта?”

“О мечте не могло быть и речи. Главная задача в той жизни – выжить”.

Работа в строительном тресте. Служба в армии. Он получает один “кубик” (тогдашние знаки воинского отличия) – командир взвода. Инженерные войска. Демобилизация. Возвращение в Минск.

Арест брата Георгия – тому “шьют” антисоветскую деятельность. Какой-то доморощенный стукач написал на него донос, из коего следует, что тот, якобы, не одобряет мудрой политики Партии и советского правительства вкупе с нашим гениальнейшим вождем.

Павел отправляется в Москву, где в приемной “всесоюзного старосты” Михаила Калинина кому–то из тамошних ответственных работников эмоционально доказывает, что по отношению к его брату совершается чудовищная несправедливость.

Его поездка в Москву спасла брата – того освободили. Георгий стал начальником автодорожной организации, что строила дороги на границе. Германия уже захватила Польшу, т.е. Советский Союз, получается, граничил с Германией. Всем было понятно, что война с немцами не за горами. Второй его брат Николай закончил железнодорожный институт и был отправлен на практику в Закавказье, где умер (нелепо для красивого молодого человека) от простудно-инфекционной болезни.

Началась война. Мать и сестра уехали в Новороссийск. Оттуда – в Грузию. “Там их хорошо приняли”. Он же с первых дней войны с фашистской Германией на фронте. Офицер. …Немец прет. Наши войска отступают.

“…Война, несмотря на ее ожидаемость, все же застигла нас врасплох. В первые же дни немецко-фашистская авиация накрыла большую часть наших военных аэродромов. Было потеряно общее оперативное управление ситуацией. Нарушена связь с войсками. В окружение попали армии, дивизии. Вспомним судьбу генерала Павлова. Героя войны в Испании. Сталин находил крайних за провальное начало войны.
Все было. Паника. Дезертирство. Я был командиром роты. Помню, как один из руководителей обороны (полковник) Смоленска требовал от меня лейтенанта расстреливать тех, кто пытался на лодках близлежащей лодочной станции перебираться на противоположную сторону Днепра.
Страшное время. Чудовищные потери с нашей стороны. Инженерные войска – это строительство оборонительных сооружений, мостов, возведение понтонов, разбор завалов и расчистка прохода для наших войск. Они всегда впереди – передовой мобильный авангард. Отдельная инженерная бригада, которую перебрасывали, в силу оперативной необходимости, во все самые горячие и критические места боевых действий.”

Павел Колпаксиди воевал на 6 фронтах: Смоленском, Сталинградском, Северном, Ленинградском, 2-м Белорусском. Несколько месяцев в Ленинграде. В личном архиве хранится фотография, на коей запечатлены он и его боевые товарищи после вручения им медали “За оборону Ленинграда”.

“На моих глазах до сих пор те страшные картинки ленинградской блокады – люди сотнями, тысячами ежедневно умирали с голода. 125 грамм (подобия) хлеба. …От 3,5 млн. жителей города осталось 800 тысяч. Там получил ранение – от взрывной волны вражеского снаряда. Врачи поначалу хотели ампутировать ногу. Знаменитый ленинградский хирург (отец медсестры из военного госпиталя) спас  ногу.”

…Заключительная фаза войны. Берлинская операция. Штурм рейхстага.

– Что вы написали на стене рейхстага?

-…Все писали свои фамилии. “Иванов, Петров, Ковалев…” Я написал свою фамилию – “Колпаксиди”. С этим эпизодом связана интересная история. …Наши военные расписывались на стенах рейхстага карандашами. Места на стене в периметр человеческого роста уже не было. Приходилось взбираться друг на друга! …Быстро обнаружился дефицит необходимых пишущих средств (карандашей!). …Неподалеку от нас появился преклонного возраста немец. Мы, дав ему папиросы и банки тушенки, попросили (один из нас пятерых хорошо знал немецкий) его принести нам карандаши. Старик ушел и достаточно долго не появлялся, что позволило одному офицеру из нашей группы, изначально порывавшегося “разобраться с фашистом” сказать нам: “Ну, кто оказался прав!” Старик-немец таки появился. Он принес два двухцветных (красносиних) карандаша.

Так, вот, один из этих карандашей, коими тогда в мае 1945 года они расписывались на рейхстаге, сохранился у Павла Михайловича! Он демонстрирует его мне, как это делал всегда во время встреч в разных аудиториях по линии ветеранского движения. Держу карандаш в руках и, смотря на памятную фотографию мая 1945 года Павла Колпаксиди и его однополчан, живо окунаюсь в те, 60-летней давности, дни.

…Павел Михайлович! Попадались ли вам на войне наши соплеменники?

– …Нет, не попадались. …Греков в действующую армию не брали в подавляющем большинстве, хотя они поголовно рвались на фронт. Недоверие (по формальной причине – подавляющее большинство греков были греческо – подданные – прим. Н.С.) злило. Вместо действующей армии греков отправляли в Трудовую армию. А еще, вы это прекрасно знаете, Никос, их репрессировали, депортировали.

…У Павла Михайловича суровый, независимый характер, который наверняка помешал ему стать генералом. Чувствуется, что этот человек не умеет “дружить”. Этакий Робеспьер. Его сын вспоминает, как отец мог круто поступить в благословенные социалистические времена (60-70 –е гг.) с вором-несуном, тащущим с местной стройки в Старом городке (близ Кубинки) все, что плохо лежит. Не один десяток нахрапистых воришек пострадали от его сурового нрава!

Он всегда был и остается Греком.

– Какие мысли приходят офицеру инженерных войск (саперу) под шквальным огнем вражеской артиллерии, авиации?

– Страх он, конечно, подспудно присутствовал. Но он подавлялся боевым опытом и … ненавистью к врагу. …Мы видели сожженные наши города, села, храмы. За спины других я не прятался.

– О тех сотнях тысячах (миллионах) солдат, кто попал в фашистский плен…

– …Многих после войны (невиновных) посадили. Сталин свою вину за трагическое начало войны переложил на них.

– Война для вас закончилась в августе 1945 года – разгромом милитаристской Японии.

– … Забайкальский фронт. Тяжелое ранение. Контузия. Госпиталь в Хабаровске. Там встретил свою судьбу – будущую жену Людмилу Романовну. Впрочем, эта война длилась совсем недолго.

– …Вы интересуетесь тем, что происходит в Греции?

– Да, конечно. Для всех на войне и в мирное время я был, прежде всего, греком! Так все и говорили: “Характер греческий!”  В Греции я, конечно, всегда мечтал побывать. …По ветеранской линии мне как- то предлагал поехать тогдашний председатель ветеранской комиссии греческого общества Москвы мой земляк Кирьяк Инджибели, но загранпаспорта у меня не было, а трехнедельного запаса времени было явно мало для его получения. Затем побывать на родине наших предков мешало состояние здоровья…

– Павел Михайлович! Что, прежде всего, вы хотели увидеть в Греции?

-…Я мог бы складно сказать, что хотел бы увидеть многочисленные памятники Истории нашего народа. Наверное, и это тоже. …Но главное, что хотел бы увидеть – это жизнь простых наших соотечественников, ветеранов той войны с фашизмом. …Все знают, как отчаянно сражались с фашистами греки. Вот греческим ветеранам я бы хотел пожать руку!

– Павел Михайлович! Вам совсем скоро предоставится такая возможность – пожать руку одному из ветеранов – вашему соотечественнику – президенту Греции Каролосу Папульясу, который, будучи 15-летним пареньком, был участником Греческого антифашистского Сопротивления.

– …Такому человеку я, конечно же, пожму руку.

 

…Павлу Михайловичу Колпаксиди 18-го августа исполнится 94 года.

Увы, на встречу с президентом Греции Каролосом Папульясом, что прошла 7-го мая в посольстве Греции, он вместе со своей супругой Людмилой Романовной (участником ВОВ) не смогли придти. Памятная именная медаль от президента Греции, что предназначается для него и его супруги, была вручена Каролосом Папульясом их сыну Сергею.

…Что мне хочется об этом удивительном моем соотечественнике. …С такими людьми, как Павел Михайлович, безусловно, соседствовать, ох как, непросто! Они не лицемерят, не заискивают, предательств не прощают (он так и не простил своего отца). На таких как он держался Советский Союз (они не позволили иудам развалить страну раньше), Россия. …С ними можно идти в разведку.

…Мысленно низко кланяюсь ему – моему соотечественнику, Греку, написавшему на стене рейхстага в мае 1945 “Павел Колпаксиди”.

С праздником нашей Великой Победы вас, Павел Михайлович!

P.S.

Последние месяцы жизни он тяжело болел. Знаю, как непросто пришлось его близким: супруге Людмиле Романовне, сыну Сергею.
Материальная помощь, выделенная накануне греками-меценатами (основателями, недавно организованного Греческого Культурного центра) своим соотечественникам – ветеранам Великой Отечественной войны, для семьи Колпаксиди оказалась как нельзя кстати.

7 января (день Светлого Рождества Христова) был последним днем, когда он смог сказать свое последнее Слово родным.,

14 января его не стало.

17 января. Новое Михневское кладбище пос. Малаховка Люберецкого р-на. Здесь, на Русской земле (в 40- градусный мороз) его тело было предано земле.

22-го февраля (накануне Дня Защитника Отечества) будут его сороковины.  

Соотечественники! Поклонимся его Памяти – Грека Павла Михайловича Колпаксиди. Героя войны, славного сына наших двух Отечеств  – Греции и России.

 

 Никос Сидиропулос. Москва.

Дорогие друзья, Приглашаем вас поддержать деятельность Московского общества греков.
Посильный вклад каждого станет весомой помощью для нашего Общества!
Только всем вместе нам удастся сделать жизнь греческой диаспоры столицы той, о которой мы все мечтаем!
2020-06-02T10:09:14+03:00