Московское Общество Греков
ΣΥΛΛΟΓΟΣ ΕΛΛΗΝΩΝ ΜΟΣΧΑΣ

Проект “История понта”: экспедиция в Трапезунд 1917 года

Военно-археологическая экспедиция в Трапезунд под руководством академика Ф. И. Успенского в 1916 – 1917 гг.

Начавшаяся 19 июля (1 августа) 1914 г. Первая мировая война чрезвычайно сильно отразилась на развитии Академии наук, внесла расстройство в деятельность ее учреждений и вызвала почти полный распад научных связей.

Вступление в войну Турции 16 октября 1914 г. прервало просветительную деятельность России на Ближнем Востоке, привело к закрытию Русского археологического института в Константинополе (РАИК) и поставило вопрос о спасении памятников и в этом регионе. Стать уполномоченным Академии на Турецком фронте для охраны культурных ценностей вызвался директор РАИК академик Федор Иванович Успенский.

Фёдор Иванович Успенский

Однако его поездка в 1914 г. не состоялась. Когда в марте-апреле 1915 г. русские войска приблизились к Стамбулу, Успенский, воодушевленный успешным развитием военных и дипломатических действий, выступил инициатором создания комитета по охране памятников Царьграда. Однако вследствие изменения военной обстановки надежды на взятие Константинополя рухнули, и комитет так и не приступил к работе.

В апреле 1916 г. русские войска заняли Трапезунд (турецк. Трабзон), крупнейший порт на востоке Турции, что позволило Успенскому побывать в гуще военных событий с целью изучения и охраны исторических памятников в Трапезунде, в мирное время недоступных для научных исследований. В начале мая 1916 г. экспедиция в составе трех человек (Ф. И. Успенский, Ф. И. Шмит и художник Н. К. Клуге), прибыла в Трапезунд на миноносце, приняв необходимые меры предосторожности. Летом 1917 г. она работала в составе восьми человек (среди них Н. Б. Бакланов, А. Е. Крымский, Н. Д. Протасов и художник Г. К. Мейер). В марте 1918 г. русские войска оставили Трапезунд, и доступ к христианским памятникам вновь был закрыт.

Трапезунд занимает важное место среди поздневизантийских городов: с 1204 по 1461 г. он был столицей Трапезундской империи. Подвластная императорам из династии Комнинов, Трапезундская империя была последним осколком великой Византии, хранительницей христианских традиций. Об этом свидетельствуют величественные памятники архитектуры Трапезунда: окруженная стенами цитадель с остатками императорского дворца и церковные памятники, которые после захвата Трапезунда турками были обращены в мечети и подверглись серьезным переделкам.

Основное внимание русской экспедиции было сосредоточено на трех главных памятниках города: церквах св. Софии, св. Евгения и Богородицы Златоглавой. Самыми перспективными оказались работы по изучению церкви св. Софии (мечеть Айа-София), памятника архитектуры XIII в., где Шмит и Клуге под слоем штукатурки открыли фрагменты росписи. В находящейся за городскими стенами церкви св. Евгения (мечеть Йени-джами), наиболее почитаемого в Трапезунде святого, экспедиция провела пробные археологические раскопки. Церковь Богородицы Златоглавой (Панагия Хризокефалос, мечеть Ортахи-сар) служила кафедральным храмом митрополитов и местом царского захоронения. Возле церкви Богородицы Златоглавой Успенский обнаружил усыпальницу трапезундского императора Алексея IV Комнина. Успенский планировал использовать материалы Трапезундской экспедиции (среди них фотоснимки, планы, чертежи и акварельные зарисовки, выполненные художниками Н. К. Клуге и Г. К. Мейером) для большого научного коллективного издания РАИК, но оно так и не было осуществлено. Материалы экспедиции Успенский использовал в своем последнем капитальном труде – «Очерки из истории Трапезундской империи» (Л., 1929). Экспедиция привлекла внимание к памятникам Трапезунда как отечественных, так и зарубежных ученых.

Деятельность экспедиции не ограничилась историко-археологическими исследованиями, ее важной задачей была охрана и спасение исторических ценностей Трапезунда в условиях военного времени. Занимаясь охраной памятников, Успенский собрал в Трапезунде большую коллекцию древностей, которая легла в основу местного историко-археологического музея.

Акварель Д. Пахомова 1916 г.

Трапезундский кремль занимал значительное место среди вопросов исследований.  Ф.И. Успенский писал:

«Трапезунтский акрополь или кремль представляет собой небольшую и неровную площадь пространством не больше полутора десятин, окруженную стенами и глубоким рвом. В турецкую эпоху он пользовался тем преимуществом, что в нём разрешалось пребывание исключительно или для наследника престола, или для генерал-губернатора, не допускалось ломки прежних зданий и перестройка их и доступ в него был закрыт для местных обывателей и для иностранцев. Как мы видели выше, здесь в одной из башен, обращённых в церковь, найдены остатки фресковой живописи, в которой мы имеем основание усматривать изображение основателя империи, царя Алексея, а в надписи память о родоначальниках династии великих Комнинов»

В Кремль Успенский попал только в сентябре 1917 г., когда стали резко ухудшаться отношения с местным населением – чтобы быть меньше на виду, академик решил больше времени проводить в Кремле, сопровождаемый инженером М.Э. Керном. Отношения с местным населением Ф.И. Успенский старался афишировать как можно меньше – возможно, именно поэтому им было вычеркнуты куски отчёта, рассказывающие о конфликтных ситуациях. По мере продвижения работы, Трапезундский акрополь стал одним из главных направлений исследования. «С северной и южной стороны он был защищён кроме того башнями, возведёнными ещё раньше возникновения империи», – писал Ф.И. Успенский, вероятнее всего, имея в виду кулу Иоанна и «придворную башню», где располагалась домовая церковь Комнинов. Эти башни (дворцовая, кула Иоанна) не сохранились до наших дней, а между тем их изображения находятся в фонде экспедиции. Таким образом сохранившиеся материалы Трапезундской экспедиции позволяют сделать дополнения к существующим сведениям по поводу западной, восточной и южной стенах…

Как писали в газете «Трапезондский военный листок» (№ 30, 4 декабря 1916 г.):

«Цитадель служила резиденцией царя, а возвышающаяся, вдоль края западной лощины, стена с высокими окнами служила в одно и то же время стеною дворца и стеною крепости. Верхняя крепость или цитадель с царским дворцом отделялась от нижней, более обширной части, поперечной стеной, равной по высоте со стенами вдоль лощин и укрепленной с каждой стороны башней. Эта верхняя площадка настолько выше нижней, что не только дворец, защищающий на ней высший пункт, поднимается высоко над зубцами поперечной стены, но и самое основание стены лежит выше самых высоких зданий следующей площади».

Это изменение уровня земли и показано на плане М.Э. Керна.

Планы с эскизами фасадов и наброски их с трапезунтского кремля в целом, развалин/дворца. М.Э. Керн. Октябрь 1917 г.

Эта фотография даёт наименьшее искажение из-за перспективы из имеющихся в архивах.

«Водопровод» – акварель генерала и художника Г.К. Мейера. 1917 г. На заднем плане – западная часть стены акрополя, слева – дворцовая церковь.

Развалины дворца, акварель генерала Г.К. Мейера. 1917 г.

Акварель генерала Г.К. Мейера «Остатки дворца в древней крепости Трапезунда». 1917 г.

Акварель генерала Г.К. Мейера «Крепость Трапезунта. Вид на Св. Евгения». 1917 г. Изображена башня Св. Иоанна.

Храм св. Иоанна Богослова.

Церковь Св. Анны с западной стороны. Фото Ф.М. Морозова.

Источники:

  • САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ФИЛИАЛ АРХИВА РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

http://www.ranar.spb.ru/rus/vystavki/id/561/

  • Журнал Исторического факультета МГУ им.Ломоносова

http://www.historystudies.msu.ru/ojs2/index.php/ISIS/article/view/98/257

2018-08-03T10:30:48+00:00