Московское Общество Греков
ΣΥΛΛΟΓΟΣ ΕΛΛΗΝΩΝ ΜΟΣΧΑΣ

Антониади Дмитрий

Антониади Дмитрий Георгиевич – Заведующий кафедрой нефтегазового промысла Кубанского государственного технологического университета.

Образование и академические звания:
1973 г. — закончил Московский институт нефтехимической и газовой промышленности им. И.М. Губкина. Специальность «Технология и комплексная механизация разработки нефтяных и газовых месторождений». Горный инженер.
1977 г. — кандидат технических наук.
2000 г. — доктор технических наук.
2001 г. — стажировка в Канадском учебном центре нефтяной промышленности (PITS).
2003 г. — Член-корреспондент Российской академии технологических наук (член Президиума).
2004 г. — Академик Российской академии естественных наук (отделение нефти и газа).
2005 г. — Член Американского общества инженеров-нефтяников (SPE).

Научно-практическая и производственная деятельность:
1966—1986 гг. — филиал ВНИИ Нефти, КраснодарНИПИнефть, НПО «Союзтермнефть»: лаборант, инженер, СНС, зав. лабораторией, начальник отдела.
1977—1979 гг. — Индия (ONGS) — консультант Министерства промышленности Индии по разработке нефтегазовых месторождений.
1986—2006 гг. — НПО «Союзтермнефть», ОАО «Роснефть-Термнефть», ООО «Роснефть-НТЦ», ОАО «НК «Роснефть»: главный инженер, генеральный директор, вице-президент компании.
2006—2009 гг. — руководитель «Межрегионального территориального Управления по Южному Федеральному Округу» Ростехнадзора.
С 2001 г. — профессор кафедры нефтегазового промысла по совместительству.

Общественная деятельность и награды:
С 1995 г. — член совета Союза нефтегазопромышленников России.
С 2004 г. — член Межведомственного Совета по присуждению Премий Правительства Российской Федерации в области науки и техники (секция «Разведка и добыча минеральных ресурсов нефти и газа»).
1996 г. — присвоено звание «Заслуженный работник нефтяной и газовой промышленности Российской Федерации».
2004 г. — лауреат Премии имени академика И.М. Губкина за работу: создание и публикации учебников, учебных пособий и технологических книг (монографий) по разработке нефтяных месторождений термическими методами.

Источник: https://famous-scientists.ru/7973


«Легче привести в порядок крупную компанию, чем один университет».
Интервью с Дмитрием Антониади

1 сентября 2018
Из интервью для https://www.yuga.ru/

В 90-х вице-президент компании «Роснефть» Дмитрий Антониади был известным и влиятельным человеком, общался с политиками федерального уровня. Сегодня он сосредоточился на преподавательской деятельности. Накануне своего 70-летия он встретился с журналистом портала Юга.ру и дал ему интервью.

— Как простой советский грек смог сделать такую головокружительную карьеру?

— Хороший вопрос. Потому что в советские времена это было непросто. У меня дед родом из турецкого Трапезунда, а в начале XX века, как известно, от турков страдали не только армяне, но и греки. В 1915 или 1916 году сестры деда уехали в Грецию. Он же выбрал СССР и попал в Краснодарский край. Здесь женился, стал известным табаковедом. А в 37-м году на него написали донос. В декабре забрали, в январе расстреляли в подвале на углу улицы Мира и Красноармейской. Мой отец, таким образом, стал сыном врага народа. Но семью почему-то не выслали. Наверное, все же из-за отца, который успешно воевал, имел многочисленные награды.

В конце войны отец познакомился с мамой простой девушкой Клавдией Смирновой. Тогда она работала в столовой в Горьковской области. Там, по счастливой случайности, и расквартировали подразделение, в котором служил отец. После войны он забрал ее в Краснодар. Потом появился я.

Дмитрий Антониади © Фото из архива семьи Антониади

— У родителей не было высшего образования?

— Да откуда? У мамы четыре класса, как у многих простых людей в то время. Отец же успел окончить девятилетку. Но важны, видимо, были не только гены, но и личные качества. Кроме того, мне повезло с друзьями и коллегами. В молодости я попал в хороший и добрый коллектив. Люди с блестящим образованием, доктора наук, кандидаты, с которыми интересно было и поговорить, и посмеяться.

— Фамилия при поступлении мешала?

— Когда я поступал в институт, мне сразу сказали: «Пацан, с такой фамилией в МИФИ не поступают». Я и не поступил. Это одна история. Была и другая. Когда паспорт получал, в милиции мне сказали: «Не будь идиотом, возьми фамилию матери — Смирнов. Возьми и в жизни будет полегче». Я отказался, но они мне выписали паспорт на имя Смирнова. Я его вернул обратно. Понимаете, не мог я предать ни отца, ни деда.

— На родине предков бывать доводилось?

— Да. Несколько раз. С этим тоже, кстати, связана курьезная история. Когда я уже был генеральным директором, в органах на меня составили справку, в которой написали, что у меня якобы связи с греческим правительством и свой корабль, на котором в Грецию перевозят нефтепродукты. Конечно, полный бред. Позже я подружился с Алексеем Шишковым. Он был тогда руководителем КГБ по Краснодарскому краю. Вот он мне об этой справке и рассказал. Вместе посмеялись.

Дмитрий Антониади © Фото из архива семьи Антониади

— Не боялись, что за несуществующий корабль и связи с греческим правительством вас могли прикрыть?

— Нет, не боялся. Я же никогда не занимался бизнесом. Моя трудовая книжка сорок пять лежала в одной и той же организации. Я прошел путь от лаборанта до генерального директора научно-технического центра «Роснефть». Параллельно был вице-президентом нефтяной компании «Роснефть», отвечал за всю деятельность на юге России: от Чечни до Волгограда. Пришлось помотаться по всему Кавказу. Был хорошо знаком со всеми республиканскими руководителями. Кстати, я единственный, кто от Краснодарского края был на инаугурации Кадырова-старшего.

— Страшно было в этих командировках?

— И да, и нет. Помню, приехали в Чечню, как раз на инаугурацию Ахмата Кадырова. Передвигались по республике на бронированной машине. В те годы там была очень сложная обстановка. Кругом люди с оружием, нашу машину сопровождают бронетранспортеры. Телефоны не работают. Мои домашние больше суток не знали, что со мной… Когда мы выехали из Чечни, начальник службы безопасности предприятия, который, кстати, вообще не пил и не курил, неожиданно для всех попросил разрешения выпить стакан водки. Вот такая тогда жизнь была.

Дмитрий Антониади © Фото из архива семьи Антониади

— Богато жили топ-менеджеры в то время?

— В 90-е годы нефть ничего не стоила, зарплаты рабочим нечем было платить. Вспоминаю один случай. В мой кабинет вошла штукатур-маляр и положила на стол своего восьмимесячного ребенка. Смотрит на меня и говорит: «Вот сам и корми его»! Что тут скажешь…

— И что вы сказали?

— Хотя это была не моя вина, я извинился. Пообещал, что никто из руководства во главе со мной не получит ни копейки, пока мы не выплатим долги рабочим. А еще пообещал построить [сотрудникам] два дома в Черноморке и Краснодаре. Потом постепенно все наладилось. Эти же рабочие приходили и говорили спасибо. Все свои обещания я выполнил — и зарплаты выдал, и дома построил, причем с их же помощью. Эти штукатуры-маляры и каменщики работали на стройках по вечерам и выходным. Строили для себя. Дом обошелся процентов на 40 меньше, чем по себестоимости.

Тогда люди у нас десятилетиями стояли в очереди на получение жилья. Пришлось идти к мэру и брать под честное слово документы на строящийся дом в тогда еще новом Юбилейном микрорайоне. Купил пару кранов и нашел предприятие, которое согласилось строить не за деньги, а за те же квартиры. Строили этажи и делили квартиры, треть — нашему институту, две трети подрядчику, который их продавал, и на эти средства вел строительство. В итоге мы получили 110 квартир по минимальной цене. И все раздали нашим сотрудникам. А стоимость потом вычитали из их зарплат. Когда президент «Роснефти» об этом узнал, мне пришлось несладко… Да, то, что я сделал, наверное, можно было считать нарушением. Но зато 110 человек получили собственные квартиры. Разве это плохо?

Дмитрий Антониади © Фото Елены Синеок, Юга.ру

— В середине 2000-х вы покинули «Роснефть»…

— Да, в 2005 году меня позвал к себе на работу мой друг, Константин Пуликовский. (Российский военный и государственный деятель, генерал-лейтенант запаса, полномочный представитель Президента РФ в ДФО с мая 2000 по ноябрь 2005 г. — прим. Юга.ру). Он поручил мне возглавить управление Ростехнадзора по Южному федеральному округу. И вновь я работал по всему югу России: от Чечни до Волгограда. Когда работал в «нефтянке», моей большой заботой были надзорные органы. А тут сам начал в них работать.

Сейчас началась моя третья, теперь уже преподавательская жизнь. Профессором я был давно, но, видимо, когда пришло время, меня позвали на постоянную работу в университет. Сначала возглавил только кафедру, потом и весь Институт нефти, газа и энергетики. И вы знаете — оказалось, что в сфере образования сложнее всего. Легче привести в порядок крупную компанию с огромным коллективом, чем один университет.

— Что стало самым удивительным в новой сфере?

— Общение с молодежью. Интересно видеть как из «зеленого» первокурсника получается взрослый зрелый грамотный выпускник. И этот процесс их взросления меня поражает и радует. Конечно, смутили низкие зарплаты преподавателей. В советское время профессор получал 500 рублей при средней зарплате в стране в 100-150 рублей.

Жаль, что бизнес у нас еще не пришел к тому, что он должен готовить специалистов наравне с вузами. Во многих странах уже пришли к дуализации образования, когда университет дает свою часть, а остальные навыки студенты получают на производстве. Но многие современные компании этого не понимают.

Хороший специалист в научно-производственном объединении знает очень много. Ему бы передавать свой опыт молодым. Но, к сожалению, не все руководители понимают, как это важно.

Дмитрий Антониади © Фото Елены Синеок, Юга.ру

— Много молодых людей сейчас хотят стать нефтяниками?

— Желающих много. У нас в институте — конкурс 24 человека на место. Кто-то хочет учиться, потому что увлечен романтикой работы на промысле или на морской платформе. А кто-то мечтает о хорошей жизни. Мотивы разные.

— С бандитами в 90-е приходилось Вам сталкиваться? Наверняка, внимание к нефтяникам тогда было пристальное…

— Были мелкие проблемы, но это не были бандиты в чистом виде. Ну, приходили как-то раз ребята с автоматами. Хотели напугать. Произвести впечатление. Сказать, кому именно мы должны были продавать нефть и по какой цене. Приходилось их посылать. Это вопрос восприятия и отношения.

— Ну, заказные убийства в то время были самыми настоящими…

— Это было в частном бизнесе или там, где дело касалось купли-продажи акций, или долей в предприятиях. А что у нас? Мы же, по сути, государственная компания. Ну, придет ко мне кто-то и потребует, чтобы я продал акции. Иди к президенту, пускай он тебе продаст. К кому я еще могу послать?

Дмитрий Антониади © Фото Елены Синеок, Юга.ру

— Помните свою первую заграничную поездку?

— А как же. В 70-е годы я совершенно случайно попал в Индию. Начальника нашего отдела отправили туда для того, чтобы откорректировать проект разработки крупнейшего нефтяного месторождения Анклешвар. Он знал, что на меня можно положиться и захотел взять меня с собой. Я был молодой, всего 27 лет, но уже тогда мог выполнять большие объемы работы. Нас вызвали на полгода, а на такой срок семью брать с собой не полагается. Через полгода индусы контракт продлили. Тогда уже я смог вызвать жену и сына. Потом контракт продлевали еще несколько раз.

— Чем запомнилась Индия?

— Это необыкновенная страна. Вот где жизненные контрасты. Казалось, я попал в кино. Там все по-другому: жизнь, понятия о ней… Привык не сразу. Тем более, что жили мы не в каком-то отдельном месте, в посольстве, например, а непосредственно среди индусов. И наблюдали за их повседневной жизнью каждый божий день. Там же я впервые узнал, что такое личная машина, личный переводчик и личный охранник.

— В капиталистические страны нефтяников в те годы выпускали?

— Не просто выпускали, а отправляли на стажировки. Я много поездил по Европе, бывал в Канаде, в США. Конечно, эти поездки помогали лучше познать профессию, расширяли кругозор, показывали, как живут люди в разных странах.

Дмитрий Антониади © Фото из архива семьи Антониади

— Как вы отдыхали от работы?

— Я всегда интересовался искусством и литературой. Дома всегда было много книг. Конечно, в молодости денег на покупку картин у меня не было, поэтому я вырывал из журнала «Огонек» репродукции известных полотен. В итоге собрал несколько тысяч иллюстраций. Потом начал искать информацию о художниках, которые мне нравились. Кто такой Гоген? Зачем Ван Гог отрезал себе ухо, почему Сальвадор Дали влюбился в русскую женщину?

Еще я увлекся дизайном интерьеров. Мне постоянно приходилось переезжать, обустраивать новые квартиры, приводить их в порядок. У нас в Северском районе есть дача, ремонт в которой я сделал так, как хотел. Сам переделывал мебель, что-то перекрашивал.

— Своими руками прямо делали?

— Да. Я же еще в школе ходил в разные кружки во Дворец пионеров, где нас учили пилить, строгать, мастерить, выжигать. С тех пор, наверное, я и могу выполнить любую работу. Всегда старался мастерить своими руками. Сейчас вот сам строю баньку. Мне доставляет это удовольствие, понимаете? Я не могу просто сидеть и смотреть телевизор. Мне необходимо все время над чем-то работать.

Источник: https://www.yuga.ru/

 

Подготовлено Ελένη Τοπούζ

Дорогие друзья, Приглашаем вас поддержать деятельность Московского общества греков.
Посильный вклад каждого станет весомой помощью для нашего Общества!
Только всем вместе нам удастся сделать жизнь греческой диаспоры столицы той, о которой мы все мечтаем!
2020-03-28T12:34:42+03:00