Московское Общество Греков
ΣΥΛΛΟΓΟΣ ΕΛΛΗΝΩΝ ΜΟΣΧΑΣ

Греческая деревня Лаки: страницы истории.

Деревня Лаки (она же – Лака) располагалась на территории Бахчисарайского района Республики Крым в средней части Внутренней гряды Крымских гор в узкой, живописной долине, стиснутой с восток и запада горами Ильяс-кая и Татар-Ялга. Здесь, в междуречье Качи и Бельбека горные кряжи сплетаются в запутанный узел, образуя многочисленные балки и овраги, изобилующие родниками и ручьями. К северу от деревни начинается старая дорога, плавно спускающася к селу Машино (бывш. Баштановка) и речке Каче. В 3 км к западу расположено село Высокое (бывш. Ашага и Юхары Керменчик), с древней историей которого неразрывно связана история деревни Лаки.

Деревня Лаки на топографической карте генерал-майора Мухина, 1817 год

Происхождение названия деревни до настоящего времени принято считать не выясненным. Исходя из того, что села и крупные населенные пункты с такими же названиями встречаются в самой Греции, например, селение Лакки (греч. Λάκκι) на острове Лерос, поселок Лакка (греч. Λάκκα) на острове Паксос, деревня Лакка в Аттике, этимология крымской деревни Лаки, бесспорно, греческая, и переводится с новогреческого как «яма»: λάκκα < λάκκος + -α. Существительное λάκκος имеет индоевропейский корень «lak», родственный латинскому lakus, и в древнегреческом языке этимология этого существительного мужского рода подразумевает «искусственный водоем». В бывшей центральной части крымской деревни Лаки сохранился такой древний водоем – глубокий прямоугольный бассейн, стены которого сложены из камня на известковом растворе. Вода в него поступала из накопителя, собиравшего грунтовые воды. Это древнее сооружение и дало название средневековой деревне – Лака. Подобного этому водосборного бассейна не встречается ни в одном из средневековых сел горного Крыма. Несмотря на свою уникальность, это сооружение до настоящего времени остается не изученным археологами.

В эпоху раннего средневековья в Лакской долине поселились аланы, смешавшиеся с готами, и основавшие здесь два ранних поселения. Результаты археологических исследований позволяют датировать их VI–VII вв. Позднее здесь обосновались греки, превратившие этот затерянный в междуречье Качи и Бельбека уголок в крупный духовный центр средневекового княжества Феодоро. Видимо в этот период в деревне Лака были построены церкви св. апостола и евангелиста Луки, св. Феодора Тирона и св. пророка Ильи на горе Ильяс-кая, возвышающейся над деревней с восточной стороны.

На топографической карте П.И. Кеппена, изданной в 1836 году, в деревне Лаки не обозначено число дворов, но указана действующая церковь.

Существует мнение, что в средние века деревня Лака являлась окраиной крупного торгового поселения, расположенного на месте соседнего села Керменчик (ныне с. Высокое).

«По сохранившимся преданиям у татар, здесь когда-то был значительный торговый город горных обитателей этой части полуострова, который взят и разорен монголами после перенесения их ханами столицы в Бахчисарай», – писал в 1878 году посетивший эти места В.Х. Кондараки.

Можно, конечно, усомниться в его словах, но предание это, передаваемое из поколения в поколение местными татарами, бытует до сих пор. Вне всякого сомнения, в средние века деревни Лака и Керменчик представляли собой крупные и богатые поселения, о чем свидетельствует наличие в них самих и в их округе 11 церквей: св. апостола и евангелиста Луки, св. Феодора Стратилата, св. пророка Ильи, св.Троицы, свв. Космы и Дамиана, св. Феодора Тирона, Пресвятой Богородицы, св. Евфимия (или св. Евтея), св. Иоанна Предтечи, св. Максима, св. Сергия. В окрестностях деревень Лаки и Керменчик есть почитаемые как в древности, так и теперь, святые источники: Космо-Даимановский, Сорока мучеников, Пресвятой Богородицы, Федора Тирона.

Деревня Лаки, находившаяся в духовном подчинении митрополиту Готской епархии, входила в состав селений княжества Феодоро, благодаря чему к началу XV века достигла своего наивысшего расцвета. После покорения генуэзских колоний Кафы, Судака и Балаклавы турецкий экспедиционный корпус под командованием Гедик Ахмед-паши вторгся на земли феодоритов, осадил и в 1475 году захватил столицу княжества – крепость Мангуп. Греческие селения в это время подверглись беспощадным грабежам и разорению. После покорения горного Крыма турками-османами деревню Лаки включили в состав Мангупского кадылыка.

Как следует из «Джзйе дефтера» по Мангупскому кадылыку за 1634 год, каждая третья греческая семья, проживавшая в деревне Лака, покинула место своего исторического проживания, а половина из ушедших осела в селах, находившихся на сопредельных землях Крымского ханства. В османских налоговых ведомостях «Джзйе дефтер Лива-и-Кефе» за 1652 год деревня Лаки уже не значится. Со временем прежние жители все же вернулись назад, так как в XVIII веке здесь снова появилось постоянное население.

В 1778 году жившие в деревне христиане-греки в числе прочих своих единоверцев покинули Крыма и переселились на берега Северного Приазовья. Согласно рапорта № 220 генерал-порутчика А.В. Суворова от 18 сентября 1788 года и приложенной к нему Ведомости о числе вышедших их Крыма христиан, деревню Лаки покинули 3 священника с женами и 406 греков (214 муж. пола и 192 жен. пола), всего 512 человек. На новом месте в диких, еще необжитых степях на границе с землями войска Донского, вместе с выходцами из другой греческой деревни они основали село, назвав его в память о Крыме именем последней – Богатырь.

Лист 3 Ведомости А.В. Суворова от 18 сентября 1778 года о числе вышедших их Крыма христиан (фото с подлинника). Деревня Лака на листе – третья снизу.

В Ведомости о крымских христианских деревнях, числе оставленных в них дворов и церквях, целых и разоренных, составленной митрополитом Игнатием Гозадиновым 14 декабря 1783 года в Мариуполе, значится, что в деревне Лака Магупского кадылыка оставались 65 дворов и церковь св. Луки, в которой служили до выхода греков из Крыма, а на дороге из деревни в соседний с ней Керменчик – еще «три разоренные Георгия Великаго, Ефтея и Прсвятой Богородицы».

После присоединения Крыма к России в 1783 году деревня Лака при 65 пустовавших дворах некоторое время оставалась незаселенной. Лишь в 1792 году ее отдали чинам Греческого пехотного полка, поселенного с 1784 года в Балаклаве и переименованного впоследствии в Балаклавский греческий пехотный батальон. В 1794 году была возобновлена древняя церковь св. апостола и евангелиста Луки, ставшая приходским храмом для поселенных в Лаках и соседней деревне Нижний Керменчик семейств греков. К концу первой половины XIX века древнее каменное здание церкви, простоявшее полстолетия без ремонта, пришло в ветхость, и в 1849 году было возобновлено местными греками. К церкви св. Луки в Лаках были приписаны еще две церкви – русская св. Иоанна Предтечи в Бия-Сале (ныне. с. Верхоречье) и греческая св. Феодора Тирона в Керменчике, прибывавшая в то время в состоянии, близком к разрушению.

В «Ведомости о всех селениях в Симферопольском уезде состоящих с показанием в которой волости сколько числом дворов и душ…» от 9 октября 1805 года деревня Лаки не значится, на военно-топографической карте генерал-майора Мухина 1817 года она обозначена «пустующей», нет ее и в «Ведомости о казенных волостях Таврической губернии 1829 года». Только в 1842 году греческую деревню Лаки Богатырской волости Ялтинского уезда обозначили на карте условным знаком «менее 5 дворов». Эти сведения дают ошибочное основание полагать, что деревня и земли, выделенные здесь грекам, несколько десятилетий пустовали. Между тем, в Государственном Архиве Республики Крым хранится план окрестностей деревни Лаки, датированный 1808 годом, свидетельствующий о наличии в ней 26 жилых дворов.

В последней четверти XIX века древности деревни Лаки и ее ближайшей округи привлекли внимание известных исследователей средневековья. Летом 1898 года по поручению Таврической Ученой Архивной комиссии Лаки посетил историк Крыма, архивист, археолог и этнограф А.И. Маркевич (1855–1942). Докладывая о результатах поездки, он отметил:

«Главную достопримечательность здесь представляют развалины храма св. Троицы между селениями Лака и Керменчик». А.Л. Бертье-Делагард авторитетно и вполне справедливо говорил, развалины этой древней церкви «по тщательности и стилю архитектуры единственные в Крыму».

В 1895 году этот древний памятник обследовал профессор Ю.А. Кулаковский, а снятые им с наружной стены правой апсиды две греческие надписи 1413 и 1417 гг. перевел и издал в 1896 году академик В.В. Латышев.

Древняя церковь св. Троицы в окрестностях деревни Лаки.

Квадратное в плане здание храма имело три алтарные апсиды, средняя, с внешней стороны, имела пятигранную форму, а боковые – круглую. Колонны внутри храма украшали красивые капители, а стены – фресковые росписи, следы которых на выпавших из них камнях наблюдал А.И. Маркевич. Церковь, построенная, по мнению исследователей в XII-XIII вв., представляла собой редкий архитектурный образец перехода от базилики к крестово-купольному храму.

При въезде в село Лаки по старой дороге из Бахчисарая находилась возобновленная часовня во имя св. Феодора Стратилата, в которой, по словам Маркевича, «ничего примечательного в археологическом отношении не имеется. На горе Ильяс-кая над селом находились развалины маленькой церкви во имя св. пророки Ильи. Надписей здесь не найдено, хотя обломков очень много», – отметил в отчете Комиссии А.И. Маркевич.

В 1898 году здесь в очередной раз побывал следовавший в Керменчик А.Л. Бертье-Делагард, написавший в своих путевых заметках:

«Деревня Лака, с греческим населением, небольшая, около 60 дворов, но очень чистенькая, красивая и, видимо, зажиточная. На въезде в нее есть церковь во имя св. Луки, перестроенная из древней; но старого в ней осталось только «во имя» да большое кладбище, разрезанное дорогами на четыре части отошедшее под поля… Посматривая на церковь, мы не замедлили свести знакомство с представителями юного поколения, которые и взялись показать нам все местные достопримечательности, т.е. церкви, и для начала повели, по их мнению, близко, на крутую гору. Мальчуганы быстро летели вперед, на природных подошвах, в чаянии двугривенного на пряники, так что мы едва за ними поспевали; а когда всякий признак тропинки исчез и нам пришлось пробираться целиком по густому мелколесью на протяжении доброй версты, то дело вышло не только не близкое, но и скверное; оставалось заботиться о целости глаз и лица, предоставляя злой участи все остальное. Взобравшись, наконец, на гору, футов до 2000 над морем, мы увидели развалины маленькой церковки св. Ильи, во имя которого бывают обыкновенно в Крыму церкви, построенные на высотах; в этом обычае, без сомнения, скрывается древняя языческая мысль о боге-громовике, тучегонителе. В самой церкви оказалось немного любопытного, и стоит приметить один только уцелевший на своем месте престол; такие встречаются довольно часто в старых церквах; это простой род каменной колонны или тумбы, с маленькой ямкой на верху для мощей, приставленной почти вплотную к стене; обойти такой престол кругом невозможно, что и делало необходимым некоторое отличие в обрядах от нынешнего богослужения. Происходило все это не от особой древности престола, или каких-либо мудровании, а просто от бедности, при недостатке места в маленьких церквах и совершенно крохотных алтарях. Остатки церкви дали немногое; зато вид с горы на все окрестности роскошный. Полюбовавшись им, мы живо спустились напрямик опять в деревню, где осмотрели еще древнюю часовню во имя Св. Феодора Тирона; она возобновлена недавно и тоже не представляет ничего достойного внимания».

Население деревни составляло всего несколько семейных династий, поселившихся в ней с конца XVIII века и носивших мелодичные греческие фамилии Арванити, Гавало, Лели, Калеми, Спаи. С последней четверти XIX века здесь обосновались семьи священника Саввы Карсали и его братьев, семья турецко-подданного грека Такбасиди, занимавшаяся разведением табака. Самой многочисленной была семья Спаи: каждый пятый житель деревни принадлежал к этой фамилии.

В 1860-х годах, после земской реформы Александра II, деревня осталась в составе преобразованной Богатырской волости. Согласно «Списку населенных мест Таврической губернии по сведениям 1864 года», составленному по результатам VIII ревизии, в казенном греческом селе Лаки, «при безыменном ключе», значились православная церковь, дворов 31, в коих проживало 169 жителей обоего пола. В Памятной книге Таврической губернии за 1889 год, составленной по результатам X ревизии 1887 года, в деревне уже было 58 дворов с 280 жителями, а на подробной карте 1890 года 25 дворов с греческим населением.

В 1904 году на месте древнего, разрушавшегося от ветхости здания церкви св. Луки на средства бахчисарайского купца 2-й гильди Д.И. Пачаджи, бахчисарайской купчихи Екатерины Цетино и других жертвователей из числа местных жителей, построили новое здание храма в классическом византийской архитектурном стиле. Внутренние стены были богато расписаны фресками. Во время строительных работ отобранный и отсортированный камень от древнего здания перед его вторичным использованием подтесывали и тщательно подгоняли под заложенные в проекте стандартные размеры. По свидетельствам старожилов, построенный в византийском стиле крестово-купольный храм в Лаках считался самым красивым в ближайшей округе.

В Первой мировой войне принимало участие все мужское население деревни, состоявшее в российском подданстве. Большинство из них в 1917 году вернулась с фронта не разделявшими убеждения большевиков, и в развернувшейся в Крыму гражданской войне либо не участвовало, либо открыто сочувствовало белому движению. После ухода Врангеля и окончательного установления в Крыму советской власти, на полуострове наступил голодомор, длившийся до 1922 года. Политика военного коммунизма в управлении экономикой, продразверстки, повсеместно сопровождаемые злоупотреблениями и произволом советских властей, красный террор, достигший невиданных масштабов, привели к тому, что жители деревни Лаки стали с сочувствием относиться к скрывавшимся в горах отрядам бело-зеленых, боровшихся с большевиками.

Одним их таких отрядов командовал уроженец деревни Лаки, бывший штабс-капитан Александр Спаи, к которому присоединились многие из односельчан. Отряд состоял из 32 человек, и представлял собой хорошо организованную антибольшевистскую военизированную группу, связанную с контрреволюционным подпольем в городах и местечках Симферопольского и Ялтинского уездов, служивших своего рода базами в случае необходимости. Отличавшийся крайней жестокостью, Спаи наводил ужас на сельские Ревкомы и Советы в округе. Известен факт, когда он лично сжег живьем на костре двух осведомителей ЧК. В 1922 году, поверив в амнистию, он сдался чекистам и был расстрелян по решению тройки. Судьба других участников отряда остается невыясненной.

Постановлением Крымского ревкома от 8 января 1921 года была упразднена волостная система, и деревня Лаки вошла в состав Коккозского района Ялтинского уезда (округа). Постановлением Крымского ЦИК и Совнаркома от 4 апреля 1922 года Коккозский район был выделен из Ялтинского округа и села переданы в состав Бахчисарайского района Симферопольского округа, а 11 октября 1923 года постановлением ВЦИК в административное деление Крымской АССР были внесены изменения, в результате которых округа (уезды) были ликвидированы, Бахчисарайский район стал самостоятельной административно-территориальной единицей и деревню Лаки включили в его состав.

Согласно Списку населенных пунктов Крымской АССР по Всесоюзной переписи 17 декабря 1926 года, деревня являлась центром Лакинского греческого сельского Совета, в состав которого входила деревня Ашага-Керменчик (Нижний Керменчик). По данным переписи в деревне насчитывалось 68 домов, в которых проживало 260 человек обоего пола, из них 240 греков, 17 русских, 2 армянина и 1 украинец, действовала греческая школа I иII ступени (пятилетка).

Советизация греческого населения вскоре принесла свои «плоды». В 1927 году церковь была закрыта и опечатана, некоторое время пустовало, и в 1930 году ее здание было передано под клуб. В 1930 году в Лаках был организован колхоз «Νέα ζωή» («Новая жизнь»). Жители деревни выращивали зерновые культуры, овощи, табак, разводили скот. Окружавшие деревню сады давали богатые урожаи яблок и груш. К 1941 году Лакинский сельский Совет ликвидировали, поэтому в списках на январь 1941 года он не значится. Такой запомнилась довоенная деревня Лаки современникам.

В первые же дни после начала Великой Отечественной войны в Бахчисарае началась мобилизация военнообязанных, в числе которых были и жители деревни Лаки. В октябре 1941 года создается Бахчисарайский партизанский отряд, в который вступали представители разных национальностей, возрастов и профессий – рабочие, служащие, крестьяне, молодежь. 20 октября отряд прибыл в лес на указанное место – в горы в районе села Бия-Сала (ныне с. Верхоречье), расположенного в 3 км от деревни Лаки.

В начале ноября 1941 года Бахчисарайский район оккупировали немецко-фашистские войска и их союзники румыны. Важным фактором, оказывавшим влияние на немецкую оккупационную политику в Крыму, стало партизанское движение. Немецкое оккупационное командование вскоре осознало, что бороться с партизанами не имея для этого специальных военных подразделений бессмысленно. Единственное, что могло, по мнению немцев, вынудить партизан выйти из горных лесов – голод.

Немецкий унтер-офицер ведет крымскотатарский отряд самообороны.

Немецким командованием повсеместно был организован прием добровольцев из числа крымских татар, готовых служить Германии в «ротах самообороны». К началу 1944 года в Крыму было создано 14 таких рот – в Симферополе, Ялте, Бахчисарае и других городах и селах. Ротами командовали офицеры немецкой военной полиции, а служивших в них добровольцев использовали, в основном, для несения караульной службы. Наиболее подготовленные и обученные роты совместно с немецкими оккупационными войсками боролись с партизанами. В селе Коуш Бахчисарайского района (ныне не существующий населенный пункт) базировалась созданная одной из первых в ноябре 1941 года 9-я рота самообороны, численностью 345 человек. Её командиром был назначен местный житель Раимова, дослужившийся в немецкой полиции до чина майора.

Деревня Лаки стояла вдали от основных дорог, и первые немцы неожиданно появились здесь в ноябре 1941 года со стороны соседнего Керменчика. По рассказам местных жителей, «они пробыли здесь несколько часов: настреляли кур, выпили вина и уехали». Морозным утром, в первых числах декабря, у дома бывшего председателя колхоза В.Д. Лели остановилась серая машина, из которой вышел немецкий офицер фельдфебель Хёрстер в сопровождении керменчикского полицая. Они вызвали Лели и вместе с ним обошли колхоз: заглянули в жилые дома, школу, клуб и даже в детские ясли. После этого офицер объявил, что назначает В.Д. Лели старостой села. Тот наотрез отказался, но офицер настоял, пригрозив ему расстрелом. Со своего молчаливого согласия, Лели был назначен бургомистром деревни, после чего фельдфебель и полицай уехали.

Ночью в доме председателя собрались три члена правления колхоза и бухгалтер. В.Д. Лели предложил затюковать табак, вино, перелить в бочки и спрятать, а зерно и овец отдать в партизанский отряд. Все понимали, чем может обернуться для них сокрытие продовольствия и сотрудничество с партизанами. Весь следующий день жители деревни, разделившись на несколько бригад, работали в разных местах, и к вечеру спрятали практически все.

Вскоре Лели получил предписание от немецкого коменданта из Керменчика: направить 15 человек на ремонт дорог. Бумагу с предписанием привезли офицеры в форме СС. После того, как немцы уехали, люди забеспокоились и вышли на улицу. Решили собрать сход, и через час все жители деревни Лаки собрались в здании клуба (бывшей церкви св. Луки). Обсуждая создавшееся положение, одни предлагали сжечь деревню и уйти в лес к партизанам, другие – ничего не предпринимать и ждать, что будет дальше. В.Д. Лели предложил отправить в лес человека для установления связи с партизанами, а бухгалтер – передать им под расписку колхозный скот. Жители одобрили оба предложения.

В горы вызвался идти сам бухгалтер, поскольку он, еще с довоенных лет, лично знал командира Бахчисарайского партизанского отряда М.А. Македонского. Шесть дней старик бродил по заснеженному зимнему лесу, искал следы на горных тропах, пока, наконец, не набрел на партизанский дозор.

Тем временем немецкий комендант из Керменчика снова посетил Лаки. На этот раз с ним прибыло более 10 солдат из немецкой полевой жандармерии и несколько полицаев. Узнав от Лели, что нет ни запасов продуктов, ни вина, он приказал солдатам обыскать деревню, но они так ничего не нашли. Фельдфебель пригрозил председателю и дал ему два дня на то, чтобы собрать 25 коров, 200 овец и 100 декалитров вина.

В ночь со 2 на 3 января 1942 года Бахчисарайский партизанский отряд скрытно перешел дорогу Бахчисарай – Бушуй, и на рассвете залег в густом подлеске в 2 км восточнее деревни Лаки. В окно дома бывшего председателя колхоза настойчиво постучали, и вошли бухгалтер, командир отряда М.А. Македонский и комиссар В. Черный. Обрадованный их неожиданным появлением, В.Д. Лели рассказал о положении дел в деревне. Решили немедленно передать отряду 100 колхозных овец, кур, картошку, табак и начать эвакуацию жителей – стариков, женщин и детей – в степные районы Крыма. Уже через день по пропускам немецкой комендатуры, привезенным В.Д. Лели из Керменчика, многие семьи стали покидать деревню. Делалось это осторожно, без шума и лишней огласки, чтобы не встревожить оккупационные власти.

3 января в указанный день в Лаки приехал фельтфебель Хёрстер, но не один: его сопровождали молодой немецкий офицер и румынский капитан, которые вместе с Лели и бухгалтером осмотрели загоны и ферму. Немецкий офицер расспрашивал о хозяйстве, о том, куда девался скот, продукты и сообщил, что деревня будет кормить румынскую часть, добавив при этом, что ему доподлинно известно о том, что большевики отсюда ничего не вывезли.

Немцы вскоре уехали, а партизаны, дождавшись ночи, спустились в деревню – для них это была первая за два месяца ночевка в теплых домах. В дневнике Бахчисарайского партизанского отряда сохранилась запись тех дней:

«3.01.42 г., Лаки. При 22° морозе перешли реку вброд между Бия-Сала и Улу-Сала (в этих деревнях стояло до 200 немцев). В час ночи пришли в дер. Лаки, обледенелые и усталые, население встретило партизан исключительно, тепло и радостно – обогрели, накормили, осушили и, несмотря на выставленные посты партизанами, покой их охраняло все мужское население до утра. Утром при выходе вышла провожать вся деревня. Раздавали на дорогу партизанам: табак, хлеб, белье, носки, перчатки и прочие вещи. 4.01.42 г. Сделали 2 засады: у дер. Нижний Керменчик и Пычки – безрезультатные. Вечером на 5.01.42 г. ночевали в дер. Лаки»

Несколько дней спустя в Лаки пришла первая небольшая румынская команда во главе с унтер-квартирьером. Грязные и уставшие после декабрьского штурма Севастополя, румыны пьянствовали, плакали, ругали немцев и Антонеску, не замечая вооруженных партизан, посещавших по ночам деревню. И даже те из них, кто замечал, делали вид, что вокруг царит полный порядок.

Но вскоре в Лаки пришла румынская рота во главе с приезжавшим сюда ранее капитаном. Начались повальные обыски, которые не дали никаких результатов. Время было упущено: все, что было возможно, партизаны вынесли из деревни и спрятали в горном лесу. Капитан ругался, бил солдат, и через несколько дней румыны ушли из деревни.

Дождливым утром 23 марта 1942 года в Лаки на трех грузовиках приехали каратели. Жителей согнали в церковь и стали допрашивать о том, где они прячут скот, почему их сараи пусты, куда из деревни ушли многие люди. Председателя колхоза В.Д. Лели, бухгалтера и еще троих человек арестовали и повели под конвоем в Керменчик. В.Д. Лели и Николаю Спаи удалось по дороге бежать, и к вечеру того же дня добраться до партизан. Остальных в этот день расстреляли.

23 марта 1942 года стал последним днем в жизни затерянной в горах греческой деревни Лаки. После этой даты на месте прежде цветущего селения остались только руины церкви, пепелища домов и память о тех, кто здесь жил.

В фонде Крымского штаба партизанского соединения Государственного архива Республики Крым хранится Акт о событиях в деревне 23 марта 1942 года. Его составили на следующий день после трагедии и подписали старший уполномоченный 4-го района партизан тов. Витенко, командир Бахчисарайского партизанского отряда тов. Македонский, комиссар отряда тов. Черный, уполномоченный особого отдела Самойленко и председатель колхоза «Нео зои» Лели. В Акте указано, что 24 марта 1942 года в расположение партизанского отряда прибежали жители деревни Эммануил Спаи, Григорий Спаи и тринадцатилетний Лева Спаи, сообщившие, что накануне «в 10 часов утра в деревню ворвалась банда карателей, которые стали поджигать жилые дома колхозников, в частности школу, детские ясли, кооператив, колхозный двор». Из 72 домов в деревне огню были преданы все 72 дома, оставалась только церковь, которую на следующий день стали разбирать каратели. Оцинкованное железо с куполов церкви и колокольни, изящные кованые решетки с окон, обитые медью двери были сняты и увезены на подводах.

Руины церкви св. Луки на месте греческой деревни Лаки

Каратели зверски издевались над жителями деревни: Елену Гавало 37 лет привязали к кровати и заживо сожгли в собственном доме, а ее восьмимесячного ребенка выбросили из окна на улицу и убили, вспоминая при этом, что так нужно было поступить со всеми греками в 1918 году. Были так же убиты различными способами Михаил Лели 39 лет, Константин Спаи 32 лет, Дмитрий Спаи 48 лет, Алексей Блудов 25 лет, Дмитрий Дузов 29 лет, Елена Блудова 38 лет, Владимир Дузов 38 лет, Иван Ильяев 61 год, Р. Ильяев 55 лет и другие, всего 47 человек.

Оставшихся в живых 330 человек угнали сначала в Бахчисарай, а оттуда в лагерь, располагавшийся на территории степного Крыма в районе Биюк-Онлара. Все личное имущество жителей было разграблено, а их дома сожжены.

Краткое изложение личного боевого подвига бывшего председателя колхоза Нео зои Владимира Дмитриевича Лели (1904 – 1942).

К этому следует добавить, что расправу над мирными жителями греческой деревни Лаки совершал немецкий карательный отряд совместно с отрядом 9-ой роты самообороны из татарского селения Коуш, сформированной исключительно из местных добровольцев. По свидетельству очевидцев, татары-добровольцы во время проведения карательных операций проявляли невиданную жестокость и безжалостность, поражавшую даже немецких солдат.

В Акте, составленном Бахчисарайским партизанским отрядом, не указаны имена и фамилии всех казненных и сожженных жителей. Среди них – семья героически погибшего партизана Владимира Дмитриевича Лели, посмертно награжденного орденом Красного Знамени. В Лаках каратели убили его жену Марию Лели и брата Михаила Лели. Петр Арваниди погиб на фронте, а его брат Федор Арваниди и старенькая слепая мать Полина Ивановна Арваниди стали жертвами зверской расправы карателей деревне. Были убиты карателями Егорова Е.С., Егорова О., Ильяев С., Ильяева (имя забыто), Спаи Д.Г.. Спаи О.И.. Спаи З.А., Спаи М.Д., Спаи Г.Д., Спаи Л.Д., Спаи С.Ф., Спаи Э.А., Спаи К.К., Спаи И.П., Спаи С.П., Швайдак С.С., Дузова Е.И., Дузова В.И.

В период осени 1941 – зимы 1942 гг. жители деревни Лаки спасли жизни многим защитникам Родины. В то время, когда в партизанских отрядах Крыма весной 1942 года до половины их боевого состава умирало голодной смертью от полного истощения, в Бахчисарайском партизанском отряде не было зафиксировано ни одного случая смерти от голода. Своими жизнями бойцы Бахчисарайского партизанского отряда были обязаны жителям греческой деревни Лаки.

После освобождения Бахчисарайского района Красной Армией в апреле 1944 года изгнанные жители стали постепенно возвращаться в свою сожженную карателями деревню. Разбирали пепелища домов, в качестве временных жилищ сооружали землянки, строили планы о возрождении деревни. Но сбыться этому не довелось: 27 июня того же года Постановлением ГКО № 5984 от 2 июня 1944 года, греки деревни Лаки были депортированы в Среднюю Азию и на Урал, разделив участь всех греков Крыма.

Менее, чем через месяц, 12 августа 1944 года, вышло постановление Госкомитета обороны «О переселении колхозников в Крым». Переселенцы из Орловской и Брянской областей направлялись в Бахчисарайский район, в том числе в сожженную и пустовавшую деревню Лаки, которую Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 18 мая 1948 года переименовали в Горянку.

После окончания Великой Отечественной войны бывший командир 4-го района партизанского движения Крыма М.А. Македонский, а с ним бывшие бойцы Бахчисарайского партизанского отряда ходатайствовали перед советским правительством и лично И.В. Сталиным об освобождении из мест депортации жителей греческой деревни Лаки. Их голос был услышан, и в 1949 году лакинским грекам в порядке исключения разрешили вернуться в Крым. По прибытию на место они сразу же приступили к восстановлению своей деревни, однако решением Крымского обкома партии инициатива греков была решительно остановлена и им строжайше запретили обустраиваться в месте прежнего проживания. С этого времени бывшие жители греческой деревни Лаки поселились в Симферополе, Бахчисарае и селах Качинской долины Бахчисарайского района, где и сегодня проживают их потомки.

Памятник казненным 23 марта 1942 года карателями мирным жителям греческой деревни Лаки.

В начале 1960-х годов Лаки признали неперспективным населенным пунктом подлежавшим расселению. Долгое время еще сохранялось здание бывшей школы-пятилетки, в котором размещалось отделение Верхореченского совхоза. Ежегодно 23 марта вернувшиеся в Крым жители деревни Лаки собирались у разрушенной церкви, чтобы вспомнить трагедию 1942 года и воздать память погибшим, и каждый год в этот день наряды милиции перекрывали все ведущие туда дороги, чтобы не дать состояться этому неофициальному мероприятию.

С каждым годом остается все меньше и меньше живых свидетелей тех трагических событий. Один за другим уходят из жизни люди довоенного поколения, но традиция собираться в Лаках сохраняется их детьми и внуками.

В настоящее время на месте греческой деревни Лаки ведутся работы по строительству монастыря св. апостола и евангелиста Луки. Сделано немало: построены церковная лавка, трапезная, баня, подсобные помещения, хозяйственный двор, заложена церковь во имя св. мч. Варвары, проведена и подключена линия электропередач. Все это удалось воплотить в реальность благодаря финансовой поддержке Игоря Васильевича Лели – правнука довоенного председателя Лакинского сельского Совета Дмитрия Федоровича Лели, казненного 23 марта 1942 года карателями. Стараниями братии монастыря расчищен один из старых колодцев чистой питьевой водой.

В 2014 году, благодаря финансовой поддержке президента Федеральной национально-культурной автономии греков Российской Федерации И.И. Саввиди и других греков-предпринимателей началось восстановление церкви св. апостола и евангелиста Луки, где в настоящее время ведутся внутренние работы по росписи храма.

Автор: историк Игорь Мосхури

Восстановленный храм св. апостола и евангелиста Луки в греческой деревне Лаки.

2019-05-07T10:55:08+03:00